В Паттайе вылезаю из автобуса и смотрю на знакомые сюрреалистические пейзажи чуть ли ни с восторгом. Просто удивительно, до чего привязался я к этому безумному городу.
Снова брожу в поисках, где бы поселиться. На этот раз - стараясь держаться поближе к Сукхумвиту и подальше от моря. Если я правильно понимаю, сочетание цены и качества жилья там должно быть лучше.
Через пару часов осмотра разнообразных комнат и апартаментов, неожиданно выхожу к тому самому гестхаусу, в котором мы останавливались вначале с Юлей, и из которого я съехал сразу после ее странного побега в Бангкок. И вдруг спонтанно решаю остановиться здесь.
Никакого эмоционального заряда по поводу этого места у меня давно не осталось. Поэтому, когда меня селят в ту же комнату ("Ай гив ю сэйм-сэйм рум, окей, мистер?.."), мне там очень нравится. Даже муравьи с холодильника куда-то делись.
Вечером не удерживаюсь, и захожу в лёшин бар. От восторженных визгов девочек при виде моей персоны приходится буквально зажимать уши.
Подходит поприветствовать меня хозяйка заведения.
"Привет, Паша", - говорит она по-русски, и дублирует по-тайски, - "Савадии-каа".
"Привет, Татьяна", - весело отвечаю я в тон, но тут же осекаюсь, вспомнив, что по-русски она только говорит, но мало что понимает, - "Савадии-к'ап. Ну что, народу-то совсем нету? Низкий сезон?"
"Всего двое человек за весь день. Ты третий. Два леди-дринка, один бар-файн", - печально подтверждает она.
Чтобы хоть как-то улучшить финансовые показатели заведения, угощаю леди-дринками сразу нескольких девушек. Те, в свою очередь, всячески подкармливают меня, чем бог послал. Роль бога у них успешно исполняет посыльный из ближайшей макашницы. Буддизм неприхотлив и в вере, и в пище.
Таня спрашивает, когда я лечу в Россию. Да вот, думаю, что уже буквально через неделю. Неожиданно обрадовавшись, она приносит игрушечного кролика, сплетенного из огромных бусин. Внутри кролика звенит самая большая никуда не прицепленная бусина.
"Ты же из Москвы?.. Нет? А откуда?.. Санкт-Петербург?.. Но всё равно ведь из твоего города куда проще отправить что-то в Москву, чем отсюда? Ты бы мог передать это Алексу? Подарок. Ты кто по гороскопу?.. Змея?.. О, я тоже. А Алекс на два года старше - он Кролик. Я хорошо упакую! Ты передашь ему, правда?"
Кролик забавный. Радует.
Правда, я - минималист, свято блюдущий основной принцип бэкпэкеров - ничего лишнего. Поэтому вещей за собой таскаю лишь один маленький рюкзачок - самое незаменимое. А всё остальное покупаю на месте и там же оставляю. Так что, эта конструкция, скажем так... малость меня стеснит. В рюкзак-то он явно не влезет, тем более - учитывая его хрупкость. Не рюкзака, конечно, а кролика. М-да.
Эх. Довезу, раз такое дело. Давно заметил, что культура отказа женщинам у меня хромает. :)
"Ладно, Тань, я постараюсь".
"Нет-нет, не старайся! Обещай мне!" - ого, эта девушка и покойника заставит трудиться на благо человека. И я даже знаком с этим человеком. :)
"Хорошо, я обещаю".
Впрочем, я ведь еще даже не придумал, как буду отсюда добираться до аэропорта. Дело в том, что самолет у меня - в пять утра. И никакой автобус, конечно, из Паттайи в бангкокский аэропорт в такое время меня не повезет. Разве что я оплачу его целиком.
Такси заказывать неохота. В этом городе и без того куча мест, куда можно пристроить свободные средства с гораздо большей пользой и даже некоторой благотворительностью. А значит - придется ехать с вечера. На чем-нибудь самом позднем, что удастся найти.
Иду на извечный северный автовокзал, где, по слухам, есть контора с автобусами прямо в аэропорт. А оттуда еду в противоположный конец города - на Джомтьен, где, по словам сотрудников оной конторы есть еще одна такая же. Последний рейс у которой на пару часов позже, чем у них.
Правда, автобус первой фирмы забрал бы меня прямо от гостиницы. А к отправлению этого, как уже на месте выясняется, придется снова добираться в ночи на Джомтьен. Но ехать обратно уже лень.
Остаток недели провожу в праздности и развлечениях, как и положено в Паттайе.
Когда-то, когда я работал "большим начальником", в морозном зимнем Питере мне по утрам звонили сотрудники и спрашивали, приду ли я сегодня на работу, потому, что им нужно задать мне уйму важных вопросов о том, как им жить дальше. И я отвечал - конечно. Ведь не мог же я ответить: "Нет, поскольку мне надоело каждый день ходить на работу!"
Теперь я живу в вечном лете в мультипликационной восточной стране, а вечерами мне звонит проститутка и интересуется, приду ли я сегодня в бар, потому, что она соскучилась. И я говорю - нет, потому что мне неохота ходить в бар каждый день.
Прогресс налицо, не правда ли?.. :)))
В какой-то из вечеров снова оказываюсь в лёшином баре. И, конечно, сразу натыкаюсь на хозяйку.
"Хай. Как ты? Хорошо?" - заботливо спрашивает Таня, опять по-русски.
"Прекрасно. А ты?", - отвечаю я по-английски, на сей раз вовремя вспомнив ее любимую фразу: "Я очьень плохо поньимать по-русски. Пожалуйста - по-английски!"
"Не хорошо", - она настойчиво продолжает разговаривать по-русски.
"То есть как? Почему?"
Они с Алексом сегодня расстались. Таня долго и сбивчиво объясняет причины, но на такой скорости я очьень плохо поньимать по-английски. Остается только сочувственно кивать.
Вот ведь. Нет, всякое бывает, конечно. Всё это может быть просто очередным их финтом для подогрева эмоций. Но, даже если нет, в итоге такие вещи ведь, как правило, к лучшему, верно?.. И всё равно как-то грустно сознавать, что два хороших человека только что сделали друг другу больно. Интересно, а бар-то Таня одна вытянет?.. Неизвестно, разве что возьмется за дело куда жестче и с удвоенной энергией.
Я сижу, и контрастирую своей задумчивостью с окружающим праздником жизни. Почему-то понятно, что сказала Таня только мне, и девочки еще ничего не знают. Ибо вокруг, как ни в чем ни бывало, веселье и танцы.
"Ты чего такой грустный?" - интересуется одна из них, сев рядом, - "Не улыбаешься".
"Я не грустный. Просто думаю. Я слишком много думаю. :)", - похоже, этой лёхиной фразе всё-таки не избежать канонизации.
"Эй, что с тобой?.." - подходит другая девушка, - "Что это с ним?" - участливо спрашивает она у первой. Неужели у меня на лице до такой степени отражается всё, происходящее внутри? Хреновый же Штирлиц из меня бы, должно быть, вышел. Или это отточенные коммуникативные навыки бар-гёрлз дают такую проницательность?..
"Он думает", - отвечает та, - "Думает слишком много. :)" - они смеются.
Таня весь вечер сидит с ноутбуком прямо за стойкой, и почти истерически демонстрирует персоналу всех окрестных баров километры их фоток с Алексеем с самого начала знакомства.
Наконец девушки начинают расходиться, а хозяйка остается закрывать бар. Она наливает мне рома, мы чокаемся, я еще раз выражаю искренние соболезнования, и тоже бреду домой. Странный день.
Во всем этом радует разве только то, что я застал столь "переломный" момент неординарной лёшиной судьбы. Наверное, дальше тоже будет интересно.
И еще - что не нужно тащить через две границы этого никуда не помещающегося звенящего кролика, так похожего на остроумное вместилище для перевозки героина. Зная суровых украинских таможенников, можно предположить, что эти большие полые бусины вызовут у них столь же большие сомнения. Даже учитывая, что лечу я из Таиланда, где за наркотики смертная казнь, и откуда героин в жизни никто никуда не повезет.
Вы помните, да?..
Маленькая девочка, прижав к груди, словно младенца, тащит через контрольный пункт аэропорта большого плюшевого мишку. Сотрудник прокалывает его спицей, и из мишки начинает сыпаться гламурно-розовый порошок. Крупным планом недоумевающее лицо таможенника. Но почему розовый???..
"Теперь - клубничный!" - с восторгом кричит девочка.
Когда я последний раз прихожу в бар попрощаться, про Таню с Лёшей знают уже все. И похоже - именно с сегодняшнего дня. Поскольку среди персонала, что так нехарактерно для тайских барных традиций, зато невольно напоминает русские, проходит настоящая попойка.
"У всех моих девочек сегодня разбито сердце вместе со мной!" - с пафосом заявляет Таня, незамедлительно опрокидывая стакан чего-то крепкого.
Как ни странно, работе заведения возлияния нисколько не мешают, а даже способствуют. Девицы неистово отплясывают вокруг шеста и зазывают клиентов, а под конец даже сама хозяйка делает круг почёта по барной стойке. Танцует она не в пример лучше своего персонала. Впрочем, если вдуматься, так ведь оно по уму и должно быть.
В аэропорту Суванабхуми я несколько часов шляюсь по этажам в ожидании начала регистрации. Ем. Ищу точки доступа вай-фай. Пишу. Переодеваю шорты на штаны. Снова ем. Звоню в Питер, чтоб занять время и потратить деньги на тайской сим-карте, которые иначе все равно "сгорят" через определенный срок. Спускаюсь вниз, чтоб нынешними глазами посмотреть на место, где в феврале, после питерских и киевских холодов, такой растерянный, я вышел из аэропорта в тридцатиградусную баню неведомого Таиланда.
Вот и время. Титаническим усилием воли сдерживаюсь, чтобы не рвануть по указателю "To City", и снова еду наверх по бесконечным эскалаторам.
Выпрашиваю у сотрудницы регистрации, выдающей посадочные талоны, места у окна на оба своих рейса, сам удивляясь, до какой степени поднаторел в коммуникациях с местным населением. Досмотры ("Сэр, у Вас там есть такие "чик-чик-чик"? Нельзя!" - опять отобрали ножницы), многочисленные дьюти-фри, терминалы, переходы, переходы, переходы...
Я летаю с раннего детства. Еще с того времени, когда плакал при взлете и посадке из-за заложенных ушей. Сначала - с мамой по отечественным курортам, потом - в командировки. Но до сих пор каждый раз не могу сдержать эту волну первобытного восторга, захлестывающую всего тебя, когда самолет отрывается от земли. Этот момент стоит того, чтобы терпеть всё - и затяжные регистрации, и досмотры багажа, и задержки рейсов.
Боинг 767 Бангкок-Киев похож на дешевую интернациональную гостиницу. Кого там только нет, ведь в Киеве с него происходят пересадки в самых разных направлениях. И все с переменным успехом пытаются спать в весьма малопригодных для этого условиях.
Вдобавок, вылет задержали больше, чем на час, и теперь мне даже интересно, как они намереваются успеть к рейсу Киев-Питер. И намереваются ли вообще. Впрочем, я слишком утомлен ожиданием, чтобы волноваться.
Небо затянуто тучами. Говорят, в дождь уезжать хорошо. Самолет почти вертикально заваливается набок, набирая высоту, и зависает прямо посередине между Бангкоком и слоем облаков. Зрелище непередаваемое. Потом мы прорываемся через облака, и всё вокруг озаряется нестерпимо ярким светом.
***
"Что с паспортом-то делали?.." - таможенница в Пулково смотрит на меня из-за стойки, как из амбразуры.
"Отсырел немножко".
"Немножко?.. :))"
"Да, в некоторых местах земного шара довольно сыро, знаете ли. Хотя, видите, украинские печати почти смылись, а наши - на месте. Думаю, украинские таможенники для экономии разводят чернила водой. Что в очередной раз подталкивает нас к неизбежному патриотизму. :)"
Она смеется и возвращает паспорт. Я толкаю турникет. Родина.
Снова брожу в поисках, где бы поселиться. На этот раз - стараясь держаться поближе к Сукхумвиту и подальше от моря. Если я правильно понимаю, сочетание цены и качества жилья там должно быть лучше.
Через пару часов осмотра разнообразных комнат и апартаментов, неожиданно выхожу к тому самому гестхаусу, в котором мы останавливались вначале с Юлей, и из которого я съехал сразу после ее странного побега в Бангкок. И вдруг спонтанно решаю остановиться здесь.
Никакого эмоционального заряда по поводу этого места у меня давно не осталось. Поэтому, когда меня селят в ту же комнату ("Ай гив ю сэйм-сэйм рум, окей, мистер?.."), мне там очень нравится. Даже муравьи с холодильника куда-то делись.
Вечером не удерживаюсь, и захожу в лёшин бар. От восторженных визгов девочек при виде моей персоны приходится буквально зажимать уши.
Подходит поприветствовать меня хозяйка заведения.
"Привет, Паша", - говорит она по-русски, и дублирует по-тайски, - "Савадии-каа".
"Привет, Татьяна", - весело отвечаю я в тон, но тут же осекаюсь, вспомнив, что по-русски она только говорит, но мало что понимает, - "Савадии-к'ап. Ну что, народу-то совсем нету? Низкий сезон?"
"Всего двое человек за весь день. Ты третий. Два леди-дринка, один бар-файн", - печально подтверждает она.
Чтобы хоть как-то улучшить финансовые показатели заведения, угощаю леди-дринками сразу нескольких девушек. Те, в свою очередь, всячески подкармливают меня, чем бог послал. Роль бога у них успешно исполняет посыльный из ближайшей макашницы. Буддизм неприхотлив и в вере, и в пище.
Таня спрашивает, когда я лечу в Россию. Да вот, думаю, что уже буквально через неделю. Неожиданно обрадовавшись, она приносит игрушечного кролика, сплетенного из огромных бусин. Внутри кролика звенит самая большая никуда не прицепленная бусина.
"Ты же из Москвы?.. Нет? А откуда?.. Санкт-Петербург?.. Но всё равно ведь из твоего города куда проще отправить что-то в Москву, чем отсюда? Ты бы мог передать это Алексу? Подарок. Ты кто по гороскопу?.. Змея?.. О, я тоже. А Алекс на два года старше - он Кролик. Я хорошо упакую! Ты передашь ему, правда?"
Кролик забавный. Радует.
Правда, я - минималист, свято блюдущий основной принцип бэкпэкеров - ничего лишнего. Поэтому вещей за собой таскаю лишь один маленький рюкзачок - самое незаменимое. А всё остальное покупаю на месте и там же оставляю. Так что, эта конструкция, скажем так... малость меня стеснит. В рюкзак-то он явно не влезет, тем более - учитывая его хрупкость. Не рюкзака, конечно, а кролика. М-да.
Эх. Довезу, раз такое дело. Давно заметил, что культура отказа женщинам у меня хромает. :)
"Ладно, Тань, я постараюсь".
"Нет-нет, не старайся! Обещай мне!" - ого, эта девушка и покойника заставит трудиться на благо человека. И я даже знаком с этим человеком. :)
"Хорошо, я обещаю".
Впрочем, я ведь еще даже не придумал, как буду отсюда добираться до аэропорта. Дело в том, что самолет у меня - в пять утра. И никакой автобус, конечно, из Паттайи в бангкокский аэропорт в такое время меня не повезет. Разве что я оплачу его целиком.
Такси заказывать неохота. В этом городе и без того куча мест, куда можно пристроить свободные средства с гораздо большей пользой и даже некоторой благотворительностью. А значит - придется ехать с вечера. На чем-нибудь самом позднем, что удастся найти.
Иду на извечный северный автовокзал, где, по слухам, есть контора с автобусами прямо в аэропорт. А оттуда еду в противоположный конец города - на Джомтьен, где, по словам сотрудников оной конторы есть еще одна такая же. Последний рейс у которой на пару часов позже, чем у них.
Правда, автобус первой фирмы забрал бы меня прямо от гостиницы. А к отправлению этого, как уже на месте выясняется, придется снова добираться в ночи на Джомтьен. Но ехать обратно уже лень.
Остаток недели провожу в праздности и развлечениях, как и положено в Паттайе.
Когда-то, когда я работал "большим начальником", в морозном зимнем Питере мне по утрам звонили сотрудники и спрашивали, приду ли я сегодня на работу, потому, что им нужно задать мне уйму важных вопросов о том, как им жить дальше. И я отвечал - конечно. Ведь не мог же я ответить: "Нет, поскольку мне надоело каждый день ходить на работу!"
Теперь я живу в вечном лете в мультипликационной восточной стране, а вечерами мне звонит проститутка и интересуется, приду ли я сегодня в бар, потому, что она соскучилась. И я говорю - нет, потому что мне неохота ходить в бар каждый день.
Прогресс налицо, не правда ли?.. :)))
В какой-то из вечеров снова оказываюсь в лёшином баре. И, конечно, сразу натыкаюсь на хозяйку.
"Хай. Как ты? Хорошо?" - заботливо спрашивает Таня, опять по-русски.
"Прекрасно. А ты?", - отвечаю я по-английски, на сей раз вовремя вспомнив ее любимую фразу: "Я очьень плохо поньимать по-русски. Пожалуйста - по-английски!"
"Не хорошо", - она настойчиво продолжает разговаривать по-русски.
"То есть как? Почему?"
Они с Алексом сегодня расстались. Таня долго и сбивчиво объясняет причины, но на такой скорости я очьень плохо поньимать по-английски. Остается только сочувственно кивать.
Вот ведь. Нет, всякое бывает, конечно. Всё это может быть просто очередным их финтом для подогрева эмоций. Но, даже если нет, в итоге такие вещи ведь, как правило, к лучшему, верно?.. И всё равно как-то грустно сознавать, что два хороших человека только что сделали друг другу больно. Интересно, а бар-то Таня одна вытянет?.. Неизвестно, разве что возьмется за дело куда жестче и с удвоенной энергией.
Я сижу, и контрастирую своей задумчивостью с окружающим праздником жизни. Почему-то понятно, что сказала Таня только мне, и девочки еще ничего не знают. Ибо вокруг, как ни в чем ни бывало, веселье и танцы.
"Ты чего такой грустный?" - интересуется одна из них, сев рядом, - "Не улыбаешься".
"Я не грустный. Просто думаю. Я слишком много думаю. :)", - похоже, этой лёхиной фразе всё-таки не избежать канонизации.
"Эй, что с тобой?.." - подходит другая девушка, - "Что это с ним?" - участливо спрашивает она у первой. Неужели у меня на лице до такой степени отражается всё, происходящее внутри? Хреновый же Штирлиц из меня бы, должно быть, вышел. Или это отточенные коммуникативные навыки бар-гёрлз дают такую проницательность?..
"Он думает", - отвечает та, - "Думает слишком много. :)" - они смеются.
Таня весь вечер сидит с ноутбуком прямо за стойкой, и почти истерически демонстрирует персоналу всех окрестных баров километры их фоток с Алексеем с самого начала знакомства.
Наконец девушки начинают расходиться, а хозяйка остается закрывать бар. Она наливает мне рома, мы чокаемся, я еще раз выражаю искренние соболезнования, и тоже бреду домой. Странный день.
Во всем этом радует разве только то, что я застал столь "переломный" момент неординарной лёшиной судьбы. Наверное, дальше тоже будет интересно.
И еще - что не нужно тащить через две границы этого никуда не помещающегося звенящего кролика, так похожего на остроумное вместилище для перевозки героина. Зная суровых украинских таможенников, можно предположить, что эти большие полые бусины вызовут у них столь же большие сомнения. Даже учитывая, что лечу я из Таиланда, где за наркотики смертная казнь, и откуда героин в жизни никто никуда не повезет.
Вы помните, да?..
Маленькая девочка, прижав к груди, словно младенца, тащит через контрольный пункт аэропорта большого плюшевого мишку. Сотрудник прокалывает его спицей, и из мишки начинает сыпаться гламурно-розовый порошок. Крупным планом недоумевающее лицо таможенника. Но почему розовый???..
"Теперь - клубничный!" - с восторгом кричит девочка.
Когда я последний раз прихожу в бар попрощаться, про Таню с Лёшей знают уже все. И похоже - именно с сегодняшнего дня. Поскольку среди персонала, что так нехарактерно для тайских барных традиций, зато невольно напоминает русские, проходит настоящая попойка.
"У всех моих девочек сегодня разбито сердце вместе со мной!" - с пафосом заявляет Таня, незамедлительно опрокидывая стакан чего-то крепкого.
Как ни странно, работе заведения возлияния нисколько не мешают, а даже способствуют. Девицы неистово отплясывают вокруг шеста и зазывают клиентов, а под конец даже сама хозяйка делает круг почёта по барной стойке. Танцует она не в пример лучше своего персонала. Впрочем, если вдуматься, так ведь оно по уму и должно быть.
В аэропорту Суванабхуми я несколько часов шляюсь по этажам в ожидании начала регистрации. Ем. Ищу точки доступа вай-фай. Пишу. Переодеваю шорты на штаны. Снова ем. Звоню в Питер, чтоб занять время и потратить деньги на тайской сим-карте, которые иначе все равно "сгорят" через определенный срок. Спускаюсь вниз, чтоб нынешними глазами посмотреть на место, где в феврале, после питерских и киевских холодов, такой растерянный, я вышел из аэропорта в тридцатиградусную баню неведомого Таиланда.
Вот и время. Титаническим усилием воли сдерживаюсь, чтобы не рвануть по указателю "To City", и снова еду наверх по бесконечным эскалаторам.
Выпрашиваю у сотрудницы регистрации, выдающей посадочные талоны, места у окна на оба своих рейса, сам удивляясь, до какой степени поднаторел в коммуникациях с местным населением. Досмотры ("Сэр, у Вас там есть такие "чик-чик-чик"? Нельзя!" - опять отобрали ножницы), многочисленные дьюти-фри, терминалы, переходы, переходы, переходы...
Я летаю с раннего детства. Еще с того времени, когда плакал при взлете и посадке из-за заложенных ушей. Сначала - с мамой по отечественным курортам, потом - в командировки. Но до сих пор каждый раз не могу сдержать эту волну первобытного восторга, захлестывающую всего тебя, когда самолет отрывается от земли. Этот момент стоит того, чтобы терпеть всё - и затяжные регистрации, и досмотры багажа, и задержки рейсов.
Боинг 767 Бангкок-Киев похож на дешевую интернациональную гостиницу. Кого там только нет, ведь в Киеве с него происходят пересадки в самых разных направлениях. И все с переменным успехом пытаются спать в весьма малопригодных для этого условиях.
Вдобавок, вылет задержали больше, чем на час, и теперь мне даже интересно, как они намереваются успеть к рейсу Киев-Питер. И намереваются ли вообще. Впрочем, я слишком утомлен ожиданием, чтобы волноваться.
Небо затянуто тучами. Говорят, в дождь уезжать хорошо. Самолет почти вертикально заваливается набок, набирая высоту, и зависает прямо посередине между Бангкоком и слоем облаков. Зрелище непередаваемое. Потом мы прорываемся через облака, и всё вокруг озаряется нестерпимо ярким светом.
***
"Что с паспортом-то делали?.." - таможенница в Пулково смотрит на меня из-за стойки, как из амбразуры.
"Отсырел немножко".
"Немножко?.. :))"
"Да, в некоторых местах земного шара довольно сыро, знаете ли. Хотя, видите, украинские печати почти смылись, а наши - на месте. Думаю, украинские таможенники для экономии разводят чернила водой. Что в очередной раз подталкивает нас к неизбежному патриотизму. :)"
Она смеется и возвращает паспорт. Я толкаю турникет. Родина.
6 Comments On This Entry
Страница 1 из 1
Страница 1 из 1
Trackbacks for this entry [ Trackback URL ]
Recent Comments
Recent Entries
-
Мои камбэкиon 08 Sep 2011 17:57
-
Discovery Lodgeon 23 Aug 2011 05:41
-
Паттайя-2on 15 Aug 2011 16:03
-
-
My Blog Links
1 user(s) viewing
1 Guests
0 member(s)
0 anonymous member(s)
0 member(s)
0 anonymous member(s)




6 Comments










